A man can talk about anything, but he only talks about himself with pleasure. :)

В подборке утренних новостей в мире, читаю сегодня новостную заметку о том, что «в очередной раз самец гориллы убил человека…» Поразительная однобокость посыла! Теперь большинство людей, читающих хотя бы по утрам, будут думать, либо усилят свои представления, об агрессии этих исчезающих, как вид, приматов. Читать далее... Это вызвало во мне желание рассказать, как однажды, 7 лет назад, находясь в составе экспедиции Живая Параллель в Африке, будучи в коротеньком переходе через джунгли Руанды, наш проводник вдруг резко остановился и быстром движением руки остановил всю шеренгу исследователей.
Оказалось, что наша тропа пересекала поселение восточных горилл и, что самое примечательное – они нам и встретились.

Страх пребывания в джунглях, под проливным дождём, неожиданно сменился интересом, причем взаимным. Но, каково же было удивление, когда наш проводник, с ромашкой в руке, сказал: «Стойте здесь и… не очень то улыбайтесь, белые зубы не лучший способ для первичного знакомства…», а сам при этом медленно пошёл по направлению к альфа-самцу (он с такой грозный на вид, с типичной для предводителя стаи белой полосой шерсти на спине), и начал с ним… говорить.

Этот диалог был невероятным зрелищем. Но, радость от того, что наш проводник «договорился» о возможности пройти далее и, что нам удалось побыть некоторое время в близком общении с этими удивительными животными, во многом похожими на нас, быстро сменилась печалью от того факта, что мы узнали.

В погоне за трофеями и развлечениями, люди существенно уменьшили популяцию восточных горилл, часто настолько жестокими способами, что некоторые самки, встречая людей даже впервые в жизни, ложатся на землю и закрывают голову руками в надежде на то, что их пощадят…

Раньше это смирение они демонстрировали только когда погибает вожак их стаи…
#живаяпараллель #руанда
The other day I happened to freeze my hands. Yes, not that frostbite, and not frostbite at all, but so, slightly freeze. All right, all right-my gloved fingers froze, so I remembered a story told by a patient at the reception.
Казалось бы, что может быть общего между коренными народами Крайнего Севера и африканцами? При всем желании очень трудно найти сходство между ненцами, хантами и представителями племен датогов и масаи, проживающих в Танзании. С таким же успехом можно пытаться сравнить раскаленный африканский песок и жидкий азот, лед и пламя, жару и холод, черное и белое. Тем не менее, побывав в экспедиции в Африке, удалось увидеть то, что роднит народы, никогда не пересекавшиеся друг с другом.
Quite early on, I realized that to truly help a large number of patients, I needed to go beyond the individual approach and create a methodology. I recall the words of Edith Piaf, who said, "I don't sing for everyone—I sing for everyone." And yet, she sang for everyone. So it was for me—there was that inspiration, that moment when the idea of phenotypic dermatology first arose. It was from this moment that the path to a systemic view of the skin began—not as a surface, but as an entire biological universe.