«О России я могу писать только в Риме. Только там она представляется мне вся, во всей своей громаде», — признавался Гоголь Плетневу, тому самому, что познакомил его с Пушкиным. Почему именно Рим? Почему именно Италия? Разве это всего лишь страсть к хорошей обуви, от которой Гоголь так и не избавился до конца жизни? Вряд ли. Попробуй удержись, не возрази Писателю! А может, написать об Италии, находясь здесь, в России, среди её просторов и душ? Но ведь нет ничего сложнее.
Способность к восстановлению — это важнейшее свойство кожи, определяющее закрытие раны «любой ценой». Однако, заживление может быть с рубцом или без него. В чём же секрет?
Глядя в глаза этой предводительницы племени короваев, до сих пор считающихся каннибалами, думается, что конечно будут и ещё впечатления в жизни, однако шок не отпускает до сих пор! Далее...
Лима, словно узнав, что гости ненадолго, щедро одарила нас событиями дня и встречами, что оставляют следы, по которым наш разум путешествует в прошлом.
