Впервые в жизни я получил письмо от правящего монарха. Дело в том, что я не постеснялся и направил в качестве подарка Его Величеству Королю Норвегии мою книгу «Путь домой», написанную по окончании международной экспедиции KON-TIKI II, в которой я принимал участие, как доктор.
Для меня большая честь получить ответ Его Величества и большая радость, что книга ему понравилась. Эту радость я хочу разделить с организатором экспедиции KON-TIKI II норвежцем Торгейром Хиграффом, с участниками экспедиции из разных стран, со всеми, кто следил за нашим путешествием в Тихом океане на плотах из бальсы, с родными и друзьями, кто ждал нашего возвращения домой и, конечно, с теми, кто помогал мне в создании книги «Путь домой» и фильма «KON-TIKI II: утомленные ветром».
Путешествуйте, пишите и делитесь пережитым!
Любой предмет можно увидеть, потрогать рукой, обозначить именем, наделить смыслом. Это легко! А как быть с умозрительными объектами? Например число пять, это что? Как его подержать в руке? Не в смысле пять яблок, а как число. А воображение - можно ли его потрогать? Это будет посложнее. Или вот, например, культура – это что? Как её увидеть? И, можно ли? А изучить ее закономерности сохранения или развития? Сложно!
Диалог в Facebook:
– Ты где?
– Путешествую.
– Где на этот раз?
– У каннибалов.
– … И как?
– Пока все части тела при мне! :)
Кто-то скажет – не может быть, какие каннибалы в наше время?! Спустя время, после того, как мы в составе экспедиции «Живая параллель в Папуа — Новая Гвинея» провели 3 недели в обществе настоящих каннибалов, мне и самому-то не очень верится. Повспоминаем вместе?
Стаффордширский бультерьер или Стаффи, (прошу не путать со Стаффорд, как называют Американских стаффордширских терьеров), является чистокровной собакой среднего размера, которая возникла в XVII веке в северных районах Бирмингема и в Черной стране Стаффордшир, в честь которой и была названа порода.
Удивительно, но факт: между этими двумя книгами — 14 лет. Ровно столько, сколько, по внутреннему ощущению Льва Толстого, составляет один цикл человеческого созревания. У него была почти интимная идея периодизации жизни — условные отрезки, в которых каждые четырнадцать лет человек выходит на новый уровень понимания.
Если отложить в сторону избыточную скромность (ненадолго и строго в научных целях), и примерить эту логику на себя, получается любопытная картина.
