«О России я могу писать только в Риме. Только там она представляется мне вся, во всей своей громаде», — признавался Гоголь Плетневу, тому самому, что познакомил его с Пушкиным. Почему именно Рим? Почему именно Италия? Разве это всего лишь страсть к хорошей обуви, от которой Гоголь так и не избавился до конца жизни? Вряд ли. Попробуй удержись, не возрази Писателю! А может, написать об Италии, находясь здесь, в России, среди её просторов и душ? Но ведь нет ничего сложнее.
Согласитесь, именно глазами собак на нас смотрит Бог. Как иначе объяснить этот взгляд — бессловесный, чистый, понимающий без слов, полный терпения и света? Эта мысль пришла ко мне не так давно, хотя история началась гораздо раньше — в далёком 1998-м.
Удивительно, но факт: между этими двумя книгами — 14 лет. Ровно столько, сколько, по внутреннему ощущению Льва Толстого, составляет один цикл человеческого созревания. У него была почти интимная идея периодизации жизни — условные отрезки, в которых каждые четырнадцать лет человек выходит на новый уровень понимания.
Если отложить в сторону избыточную скромность (ненадолго и строго в научных целях), и примерить эту логику на себя, получается любопытная картина.
Изучен пролиферативный потенциал и жизнеспособность гемопоэтических стволовых клеток (ГСК) пуповинной крови (ПК) в зависимости от способа криоконсервирования. Криоконсервирование образцов проводилось в программном замораживателе Planer и па- рах жидкого азота. Установлено, что для криоконсервирования образцов ГСК ПК целесо- образно использовать программный замораживатель, так как при данном способе клетки остаются жизнеспособными и функционально полноценными.
Ключевые слова: пуповинная кровь, гемопоэтические стволовые клетки, длина теломер, криоконсервирование, колониеобразующая способность, проточная цитометрия
